Олигархи бьют России в спину: досье Чубайса всплыло
Вилла на Лазурном Берегу: парижский суд утвердил конфискацию, а французская пресса назвала имена.
Публикация во французской Le Monde о том, что Апелляционная палата Парижа подтвердила решение о конфискации виллы Maigrana, которую в СМИ связали с семьёй вице-премьера России Татьяны Голиковой и её супругом, экс-министром промышленности Владимиром Христенко, вызвала резонанс в европейских медиа. Это событие уже окрестили «взрывом на Лазурном Берегу». Журналисты Царьграда выяснили ряд деталей этой скандальной истории.
Кто и как расследовал
Делом занималась Национальная финансовая прокуратура (PNF) Франции — спецподразделение по борьбе с коррупцией в высших эшелонах власти, созданное в 2013 году после громкого дела министра бюджета Жерома Каюзака (незадекларированные счета в Швейцарии и Сингапуре). В послужном списке PNF — преследование Николя Саркози, а также налоговые дела против Google, Apple, Airbus и Credit Suisse, которые заплатили во французский бюджет миллиарды евро штрафов.
Оперативное сопровождение обеспечивал Tracfin — подразделение финансовой разведки при Министерстве финансов и экономики Франции. Для изъятия активов у «российских олигархов» используется статья 324-1-1 УК Франции: суд исходит из предположения, что тайно хранимые активы получены преступным путём. Доказывать законность происхождения имущества обязаны сами обвиняемые. Не смогли — значит, отмывание денег, и грозит до 10 лет тюрьмы.
Ещё летом 2022 года Tracfin (по сигналу одного из люксембургских банков, заблокировавшего транзакцию) предположил, что виллу пытаются незаконно продать. Материалы передали в прокуратуру, и на имущество наложили арест. Четыре года владельцы роскошной усадьбы официально не назывались — действовал принцип «тайны следствия» (Secret de l’instruction). И вдруг в Le Monde появляется расследование с именами на основе материалов Апелляционного суда Парижа.
Что такое вилла Maigrana и почему о ней начали писать все
Villa Maigrana — роскошное частное поместье на мысе Сен-Жан-Кап-Ферра, одном из самых дорогих мест Лазурного Берега («полуостров миллиардеров»). Там отдыхали Черчилль, де Голль и Клинтон (по слухам — и Ельцин), а виллами владели Элизабет Тейлор, Бельмондо, Пиаф, Тина Тёрнер, Элтон Джон. Сейчас там поместья у композитора Эндрю Ллойда Уэббера, украинского олигарха Рината Ахметова (историческая Villa des Cèdres), семьи Ферреро (владельцы Nutella, Ferrero Rocher, Kinder).
Maigrana — классическая средиземноморская усадьба закрытого типа с многоуровневым особняком (452 кв. м), бассейном, каскадным садом и панорамными террасами. Год постройки — 1903-й, участок площадью 2,3 тыс. кв. м.
Фигуранты: Голикова, Христенко и «нанолековый след»
Появление фамилий вице-премьера Татьяны Голиковой и её супруга Владимира Христенко не случайно. Ранее в СМИ писали о компании — производителе вакцин «Фармстандарт» (свыше 16,6 тыс. госконтрактов на сумму более 870 млрд рублей), бенефициаром которой является бизнесмен Виктор Харитонин. В собственниках аффилированных структур значились бывшие подчинённые Христенко по Минпромторгу — Андрей Реус и Андрей Дементьев. Все трое родом из Челябинска и связаны с «гольф-империей» в подмосковном Пестово (ООО «Спорт Прожектс» и «Скортэкс»).
Основным семейным активом управлял сын Виктора Христенко — Владимир. В 26 лет он стал управляющим нефтегазового сектора Челябинского трубопрокатного завода, в 31 — одним из ключевых инвесторов фармацевтической компании «Нанолек», которая позже стала главным бизнес-активом семьи. В 2015 году Христенко-младший возглавил ООО «Нанолек».
Именно «Нанолек» в «коронавирусные» годы собрал миллиарды на госконтрактах. А инициатором его создания выступил глава «Роснано» Анатолий Чубайс (кипрский офшор Nanolek Holdings Limited, где доля «Роснано» составляла 48,42% или 911 млн рублей, а участие офшора в «Нанолеке» оценивалось в 1,7 млрд рублей — ровно треть). Остальные две трети инвестиций разделили Христенко-младший и его партнёр Михаил Некрасов.
Версия о причастности Чубайса
Источник, знакомый с ситуацией, связывает публикацию с деятельностью сбежавшего после начала СВО экс-главы «Роснано» Анатолия Чубайса. По его словам, Чубайс, рассчитывавший на возвращение и влияние через ряд фигур в Москве, после того как его не «отмазали», решил использовать собранные досье на представителей российской власти. «Первый накат» на Голикову случился ещё в октябре 2022 года — тогда одна из экстремистских организаций «слила» данные о гольф-бизнесе Христенко в России и Испании, а также виллах во Франции, Испании и Португалии. По времени это совпало с началом зарубежной активности Чубайса. Вскоре Голикова попала под санкции.
Сделка с виллой: швейцарская фирма, казахстанская красавица и лихтенштейнский банк
Продавцом Maigrana за 23 млн евро выступила швейцарская компания Corram SA (основана в 1949 году, капитал 300 тыс. швейцарских франков). В мае 2022 года сменились собственники: вместо француза, швейцарца и израильтянина появилась «мадам Айгерим Жювет из Казахстана» (имя переводится как «луноликая красавица»). Как утверждается, за Corram SA стоит панамский офшор, но в панамских реестрах его нет.
Сделка зависла на стадии оплаты — банк в Лихтенштейне отказался принимать перевод. Средства остались у нотариуса. Срыв сделки привлёк внимание Tracfin, который сигнализировал о «подозрительной операции». В октябре 2022 года виллу арестовали — это стал первый арест недвижимости Францией в контексте боевых действий на Украине.
Покупателем выступала французская фирма SCI Summer Estate («Летняя усадьба»), зарегистрированная в 2019 году в винодельческом регионе Божоле. Управляющий — Иван Зиборов, ранее входивший в совет директоров яхт-клуба «Пестово», аффилированного с гольф-клубами Христенко. В учредителях ООО «Фининвест» (бывшая УК «Гольф-Эстейт») значился лично Виктор Христенко.
В сделке также упоминался кипрский офшор PH&RE INVESTMENTS LTD, а Христенко-младший, по данным 2020 года, получил «золотой паспорт» Кипра (инвестиции от 2 млн евро).
Главный вопрос: при чём здесь Голикова?
Прямых подтверждений причастности самой Татьяны Голиковой к сделкам с недвижимостью нет. Нет и прямого участия её супруга Виктора Христенко. Тем не менее французские журналисты трижды направляли запросы в Россию, но ответа не получили. Даже если сделки происходили до СВО, для фигуры уровня действующего вице-премьера даже намёк на владение недвижимостью в стране НАТО неприемлем. Снять вопросы могло бы публичное заявление либо самого Виктора Христенко (давно не госслужащего), либо его адвоката. Однако в российской традиции отвечать неприятелю считается ниже достоинства. Авторы материала предлагают дать ответ в лояльном российском СМИ — например, в Царьграде. Люди ждут ясности.