Дочь украинской журналистки Бойко рассказала о коротком сообщении мамы во Львов
Близкие забили тревогу, когда Елена Бойко, украинская журналистка, живущая в России, пропала на три дня. Затем выяснилось, что она находится в центре миграции. Дочь Елены – Ольга в беседе с Царьградом рассказала, как мама сама пыталась выйти на связь: отправила короткое сообщение во Львов младшей сестре.
Дочь украинской журналистки Елены Бойко (Вищур) – Ольга рассказала Царьграду, как сейчас обстоят дела с депортацией ее мамы. Ранее близкие сообщили, что Бойко пропала. Затем выяснилось, что она находится в центре мигрантов. Суд принял решение о депортации, поскольку Бойко, как отмечено в решении, нарушила правила пребывания на территории России. Незаконно на российской территории она находилась с лета этого года, посчитал судья.
Дочь в беседе с Царьградом объясняет, что нарушение связано с тем, что Елена Бойко не выезжала из России на 3 месяца, как того требует законодательство. Даты депортации пока нет. Защита Бойко намерена воспользоваться всеми возможностями для апелляции. Правда, как говорит дочь, уже потеряны 3 дня. Да и в целом ситуация с задержанием выглядит странно.
"Ее три дня нигде не было, и три дня никакой связи с ней не было абсолютно, мы не могли никак ее найти, никаким образом, хотя уже подняли, по-моему, абсолютно все инстанции. И только вчера стало ясно, сначала мне позвонили, сказали, что она все же была в ФСБ. Но сколько она там была и прочее, нам тоже не известно. Но регистрацию она прошла. Это как мне сказали. А потом спустя несколько часов выяснилось, что она в этом центре мигрантов".
Дочка рассказывает, что мама дала о себе знать, оставив голосовое сообщение младшей сестре. По всей видимости, она не догадывалась, что к этому моменту ее искали сотни человек.
"Она оставила младшей сестре во Львове голосовое сообщение, позвонила с чужого номера, сказала, что ей необходимо. Но я так понимаю, что она просто не знала, что я уже до этого шум подняла, что мы потеряли ее. И потом после обеда выяснилось, что оказывается 10-го, когда ее забрали, уже и был суд, уже и было решение, хотя у нее повестки никакой не было. То есть она знала, что должен был быть суд. Но ни повестки, ни приглашения в суд не было, просто за ней пришли и ее увели. То есть я не понимаю, каким образом ее три дня нельзя было найти. А тут 10-го все уже решено. И у нас получается, что как раз потеряны эти три дня из 10 на апелляцию".