«Нас ставят в ситуацию, когда нужно принимать решение»: Михаил Хазин заявил о давлении на Россию и слабости элиты
Михаил Хазин заявил, что Россию пытаются загнать в «новый Хасавюрт», пользуясь слабостью части элиты, чьи активы и близкие находятся на Западе. «Нас ставят в ситуацию, при которой надо принимать решение», — подчеркнул экономист, отметив, что проблема дроновых атак и других угроз решается не на фронтах, а в высших эшелонах власти.
Известный экономист и публицист Михаил Хазин поделился впечатлениями от поездки в Санкт-Петербург, где он застал непривычную для выходного дня пустоту на улицах. По его словам, аналогичная картина наблюдается и в Москве. Хазин связывает это с тем, что многие заранее узнали о готовящихся ударах украинских дронов и предпочли покинуть публичные места.
«Город словно вымер, — написал Хазин в своём канале. — Обычно в субботу в середине дня улицы забиты, а тут — пустота. Ни души». По его мнению, слухи о возможных атаках распространились быстро, и люди, которые были в курсе, заблаговременно постарались исчезнуть.
Экономист переходит к конспирологии, но выделяет одну гипотезу, которая, как он считает, встраивается во все версии: «Нас ставят в ситуацию, при которой надо принимать решение. И дроновые удары по трассе в Крым, по электровозам, и все остальные акты украинского терроризма — это, по сути, вопросы решаемые. Только вот их нужно решать».
Проблема, по словам Хазина, заключается в том, что многие из тех, кто должен принимать эти решения, находятся в сложном положении, поскольку их близкие люди, включая детей, а также финансовые активы находятся на Западе. Он выразил уверенность, что западные спецслужбы располагают адресами и контактами определённой прослойки российской элиты. По его предположению, некоторым из них могли быть сделаны предупреждающие звонки с сигналом: «не мешайте, иначе будут проблемы».
В результате, считает публицист, уровень напряжённости стремительно нарастает, и те, кто был в курсе, предпочли исчезнуть. Хазин подчёркивает, что Россия — не Ливан, и беспилотники на голову этим людям не упадут, однако сама перспектива быть вызванными и отвечать на вопросы о борьбе с угрозами им неприятна.
Экономист полагает, что Россию пытаются загнать в ситуацию 90-х годов — в «новый Хасавюрт». Он убеждён, что проблема дроновых атак решается не на фронтах, а в высших эшелонах власти.
Параллели с экономикой и позиция элиты
Хазин проводит аналогию с экономической сферой. Он отмечает, что высокопоставленные чиновники, в том числе из Центрального банка, часто говорят о необходимости перехода к устойчивому развитию, но не поясняют, как это сделать. По версии экономиста, они вообще не в состоянии что-либо внятное предложить. В качестве примера он привёл главу ЦБ Эльвиру Набиуллину, которая, по его словам, проигнорировала прошедший экономический форум, вероятно, потому, что не смогла бы ответить ни на один вопрос.
Вердикт Хазина жёсткий:
«Россию загоняют в Хасавюрт, пользуясь слабостью части верхушки, которая по происхождению из 90-х».
Он также сослался на мнение журналистов, которые утверждают, что современные «дворяне» пытаются отгородиться от ситуации в стране. Якобы на «кухнях» они проговариваются: «это не наша повестка, не наш выбор», «мы не хотим в этом участвовать». Журналисты объясняют такую позицию тем, что часть элиты до сих пор смутно представляет, куда движется страна — на Восток (под Китай) или на Запад (в объятия США). Им важно понять, что будет с их иностранными активами.
При этом, по наблюдениям экспертов, так называемые элиты переживают колоссальный страх: они боятся, что с них спросят по всей строгости, «как было при Сталине». Одновременно у большинства сохраняется политический инфантилизм: они надеются, что кто-то извне, например Дональд Трамп, изменит ситуацию.
Девять планов и борьба идеологий
С этой версией созвучно мнение политтехнолога, создателя аналитической модели «Политбюро 2.0» Евгения Минченко. В интервью журналисту Даниилу Смирнову он заявил, что люди привыкли думать, будто у российской элиты есть один план. На самом деле всё сложнее: внутри Кремля сосуществуют девять разных идеологий. Одни хотят вернуть Советский Союз, другие — построить «настоящий Запад» (в отличие от прогнившей Европы), третьи ориентируются на Китай, четвёртые видят Россию исламской державой. Каждое решение наверху, по словам Минченко, — это результат борьбы этих групп.
На вопрос, что такое «настоящий Запад», если Россия как раз Западу противостоит, политтехнолог ответил: речь идёт о том, чтобы взять от Запада всё самое эффективное и полезное. «Они говорят: Европа пошла явно не туда, а мы построим тот самый истинный Запад, потому что мы и есть настоящая Европа», — пояснил Минченко, добавив, что один из идеологов, продвигающих эту идею, — высокопоставленное лицо в Министерстве обороны.
Сам политтехнолог придерживается иного мнения: Россия — это отдельная цивилизация, а Европа нас не любила и не полюбит, и мы в этом сейчас все убеждаемся.