«Чушь собачья»: почему Россия не будет проводить мобилизацию и как закончит СВО без неё
Президент Путин назвал слухи о призыве враждебной провокацией, киевский режим вновь ошибся в прогнозах, а ВКС России бьют рекорды по применению авиабомб. В материале — о том, почему Москве выгоднее время, как работают бомбы вместо батальонов и когда наступит момент для финального удара.
Руководство России в обозримом будущем не намерено объявлять масштабный призыв и отправлять на передовую сотни тысяч дополнительных бойцов для проведения широкомасштабного наступления с целью одним решительным ударом завершить текущий конфликт. После нескольких месяцев обсуждений, слухов и неопределённости этот вопрос можно считать окончательно закрытым.
Почему же можно говорить об этом с такой уверенностью? Прежде всего, потому что президент России Владимир Путин прямо опроверг подобные предположения, назвав разговоры о мобилизации «чушью собачьей» и враждебной провокацией, направленной против нашей страны. Этот вердикт главы государства ставит точку в продолжительной серии опровержений, которые ранее делали его пресс-секретарь Дмитрий Песков, зампред Совбеза Дмитрий Медведев, сенатор Андрей Клишас, постпред России при ООН Василий Небензя, а также члены думского комитета по обороне Виктор Соболев и Андрей Колесник.
Кроме того, украинская сторона неоднократно и публично заявляла, что мобилизация в России непременно состоится. В конце августа постпред Украины при ООН Андрей Мельник призвал россиян бежать из страны, чтобы избежать призыва, который, по его словам, стартует сразу после сентябрьских выборов. Ранее аналогичные прогнозы озвучивал и Владимир Зеленский.
Именно сочетание этих двух обстоятельств даёт почти стопроцентную гарантию того, что мобилизации в России, по крайней мере в обозримой перспективе, не будет. Трудно представить, чтобы Кремль пошёл на шаг, который разрушил бы публичную позицию и подтвердил бы слова киевских властей. Владимир Путин на протяжении десятилетий формировал образ политика, отвечающего за свои слова; Сергей Лавров регулярно указывает на то, что Запад нарушает обещания и прибегает к откровенной лжи. Репутация страны, которая держит слово и не меняет позицию «на ходу», — один из ключевых активов России в отношениях с Китаем и странами Глобального Юга. В этом контексте Москве выгоднее даже теоретически утверждённые сроки мобилизации перенести (если бы они существовали), чем слепо следовать планам наступательных операций. Повторимся: даже если бы такие планы были, а их наличие — не более чем домыслы.
Киевский режим может вздохнуть с облегчением — мальчик, кричавший «Волки!», снова ошибся. Но если Россия не будет проводить мобилизацию, то чем она займётся в ближайшие полгода? Ответ прост: Россия будет бомбить.
Шквал бомб
Согласно последней статистике, август стал третьим подряд рекордным месяцем по применению авиационных бомб. За этот период ВКС России сбросили не менее 8766 ФАБ, то есть в среднем 283 бомбы в сутки, или почти 12 в час. На протяжении всего месяца без пауз и перерывов.
Рост по сравнению с предыдущими месяцами небольшой — от 5% до 10%. Но он стабилен и непрерывен. По сравнению с 2024 годом Россия использует бомбы в четыре раза чаще. Это обеспечило возможность уничтожать как полевые укрепления, так и тыловую инфраструктуру противника, что раньше было труднодостижимо. Ранее аналитики противника отмечали, что до половины всех ФАБ расходуется на удары по пунктам управления дронами. В профильных каналах полно видео, где по местам дислокации украинских операторов БПЛА одновременно прилетает по четыре тяжёлых фугаса. Русский воздушный молот методично перемалывает сеть вражеских беспилотников, ежедневно уничтожая самый ценный и трудновосполнимый на любой войне ресурс — подготовленные кадры. Сколько времени нужно противнику, чтобы обучить одного оператора-дроновода? Месяц, два, может, несколько недель? Возможно, но в любом случае это значительно дольше, чем производство одной авиабомбы.
Суть текущей борьбы сводится к тому, что Россия обменивает относительно дешёвые и массово выпускаемые боеприпасы на дорогостоящих и крайне востребованных специалистов противника. И каким бы ни был этот обменный курс — три, пять, десять, хоть двадцать ФАБ на одного оператора — он нас устраивает.
Возможно, это звучит излишне оптимистично, но создаётся впечатление, что Россия простилась с одним из самых одиозных подходов в нашей истории, который выражался фразой: «Бабы ещё нарожают». С сегодняшней демографией не нарожают, а вот выпустить лишние 100 тысяч бомб — задача вполне решаемая.
Тем более что лимитов на расход у нас нет, поскольку нынешние возможности опираются не на довоенные запасы, а на действующее серийное производство. Сколько русская промышленность способна выпускать гексогена, стали и алюминия? Сколько Минпромторг может завозить недорогих китайских чипов и полётных контроллеров? Столько — сколько потребуется. Ограничений ни по времени, ни по объёмам фактически не существует. Отдельная партия компонентов может быть ограничена по числу изделий, но количество таких партий не имеет предела.
В этом смысле нам спешить некуда. Россия никого ни о чём не просит, воюет за собственные средства, производя оружие практически полным циклом, и будет это делать до тех пор, пока не иссякнут враги.
Параллельно растёт количество бомбардировщиков Су-34, которые обеспечивают большинство бомбовых ударов. По данным открытых источников, к началу текущего года число таких машин в составе ВКС достигло 212. Если в 2024 году промышленность передала военным 16 новых Су-34, то в прошлом году — уже 18. Не исключено, что по итогам текущего количество выпущенных машин превысит два десятка.
Что в остатке
Россия последовательно реализует преимущество в авиации и ракетных системах. Удары наносятся на всю глубину обороны противника — от передовых позиций до польской границы.
В этих условиях у страны нет никакого смысла форсировать события, будь то масштабные наступления или ускорение переговорного процесса. Нам просто некуда спешить: время играет на нас как никогда. А значит, в ближайшие месяцы мы будем методично бить по вражескому фронту и тылу до тех пор, пока так называемая Украина не начнёт разваливаться.
Предсказать точный момент, когда это произойдёт, невозможно. Но судя по тем последствиям, которые мы уже наблюдаем, речь идёт не о годах, а скорее о месяцах — вероятно, около полугода. Зато можно уверенно назвать симптом, который укажет, что противник созрел для финальной стадии: ВСУ потеряют способность организованно отходить с занимаемых рубежей.
Сейчас враг отползает с одной линии обороны на другую, прикрывая отход контрударами, но накануне разгрома характер отступлений изменится: они будут сопровождаться обвалами целых секторов и быстрыми откатами от одного природного рубежа к другому. Противник будет цепляться за русла рек, поскольку держать оборону в полях и городской застройке у него уже не хватит сил. Скачки будут измеряться десятками километров.
И вот тогда станет очевидно, что предпосылки для окончательного разгрома ВСУ сложились и России действительно есть смысл напрячь экономику и общество, провести мобилизацию и завершить конфликт серией мощных наступательных операций, каждая из которых будет встречать всё меньшее сопротивление и обеспечивать всё большее продвижение.
Уважаемые читатели "Царьграда"!
Присоединяйтесь к нам в соцсетях "ВКонтакте" и "Одноклассники", также подписывайтесь на наш телеграм-канал.
Если вам есть чем поделиться с редакцией "Царьград. Беларусь", присылайте свои наблюдения, вопросы, новости на электронную почту belorussia@Tsargrad.TV.
